Тигран Саркисян: «Европейский бизнес не ждет политических решений для начала сотрудничества с Евразийским союзом»

Такое заявление председатель Коллегии Евразийской экономической комиссии сделал во время панельной сессии на ПМЭФ-2017

01.09.2017

И Тигран Саркисян, и другие спикеры отмечали, что рано или поздно между ЕС и ЕАЭС начнется конструктивный диалог, однако проходить он будет уже в новой реальности — на фоне растущего товарооборота России и ее партнеров по евразийской интеграции со странами Азиатско-Тихоокеанского региона.

Тигран Саркисян, председатель Коллегии Евразийской экономической комиссии:
— В 2016 году мы с председателем ЕС Жаном-Клодом Юнкером обсуждали перспективы сотрудничества. Его позиция была очень открытой и позитивной, и мы договорились, что организуем отдельную встречу и наладим институциональные взаимоотношения между европейской и евразийской комиссиями.
К сожалению, процесс идет медленно из-за того, что наши европейские коллеги не готовы к выстраиванию прямых контактов. Поэтому на первом этапе мы решили контактировать на уровне экспертов. Европейский бизнес очень заинтересован работать с ЕАЭС, и с его стороны наблюдается давление на национальные правительства, чтобы те создали нормальные форматы для взаимодействия.
Могу подтвердить: компании из ЕС не ждут политических решений. Мы это видим у себя в комиссии по количеству поступающих писем и запросов. Европейских предпринимателей интересуют технический регламент и нормативные документы, которые принимает ЕЭК.
Мы тоже не собираемся ждать, а намерены углублять работу с европейским бизнесом. Тем более есть договоренности о проведении на европейских площадках деловых форумов: компании из ЕС должны лучше представлять, что происходит в нашем пространстве.

Антонио Фаллико, президент ассоциации «Познаем Евразию», председатель совета директоров АО «Банк Интеза»:
— У меня перед глазами предстает такая картина: сидят люди за накрытым столом, а двое участников застолья друг друга не замечают. Они делают вид, что не знакомы. Если младший подает какие-то знаки старшему, тот демонстративно смотрит в другую сторону. Хотя маринованный грибок на закуску берут из одного блюда.
Именно так выглядят ЕС и ЕАЭС. Это ненормально, но понятно, что каждое из объединений испытывает определенные сложности. Евросоюз считает себя законодателем интеграционной моды в мире, достижений у него действительно много. Однако на фоне Брексита, других проблем проект ЕС выглядит теперь куда менее привлекательно.
У ЕАЭС и возраст, и достижения скромнее. Он существует с 2015 года, находится на начальном этапе становления, но уже сталкивается со сложностями и противоречиями. Достаточно вспомнить недавний торгово-экономический спор между Россией и Белоруссией.
Пока отношения между Россией и Западом в целом не станут на путь нормализации, условия для диалога будут оставаться не самыми лучшими. Можно просто сидеть и ждать, когда такое положение изменится, но сколько оно продлится?..
В Брюсселе проект Евразийского экономического союза склонны считать недолговечным и конъюнктурным, хотя он уже реален. Например, с 1 января 2018 года вступает в силу Таможенный кодекс ЕАЭС, и вопросы таможенного регулирования Евросоюзу придется обсуждать не с отдельными странами-участницами, а с союзом в целом.
Это открывает путь для дискуссии о создании общего экономического пространства от Лиссабона до Владивостока. При этом очевидно, что ЕАЭС еще предстоит стать полноценным таможенным союзом с общим органом правления, а также избавиться от давления геополитических противоречий, заложником которых он пока остается.

Филипп Пегорье, президент Alstom в России и СНГ, член правления Ассоциации европейского бизнеса:
— Наша компания присутствует и в России, и в СНГ — там у нас очень много заводов. Мы говорим своим властям: «Сотрудничество с Евразийским союзом для нас — уже реальность, независимо от того, будете вы налаживать связи между комиссиями или нет. Но когда вы все-таки окажетесь готовы к этому, то подключайтесь, чтобы упрощать нам работу».
Мы заинтересованы во взаимодействии ЕС и ЕАЭС. Для нас важно решение вопросов таможенного и технического регулирования, развитие транспортных коридоров для обмена товарами... Но в Брюсселе реакции на наши запросы пока нет. Еврокомиссары ждут политический импульс от глав государств ЕС, а сами предпринимать ничего не могут.

Александр Машкевич, председатель совета директоров Eurasian Resources Group S.a.r.l.:
— Куда идти — на Восток или на Запад — не тема для дискуссии. Идти нужно и на восток, и на запад, и на север, и на юг — это единственный шанс быть успешным. И сотрудничать надо со всеми объединениями, причем очень быстро и эффективно.
Мы знаем, что протекционизм — это плохо, изоляционизм — тоже плохо. Но как уйти от подобных явлений в условиях нынешних геополитических сложностей?
Первое — мы должны стремиться гармонизировать стандарты Евразийского и Европейского союзов. Иначе никакого экономического эффекта не будет.
Наша компания находится в самом центре Евразии — в Казахстане, и мы это остро чувствуем. Мы сталкиваемся с серьезными барьерами, когда пытаемся зайти на рынки Европы, США, Латинской Америки. Меньше барьеров на пути в Китай, но есть масса других проблем.
У политиков — свое видение перспектив сотрудничества ЕС и ЕАЭС, они знают то, чего часто не знает бизнес. Но все, что в наших силах, нужно делать, и незамедлительно.

Виктор Христенко, президент Делового совета Евразийского экономического союза:
— У стран Евразийского союза есть набор разных форматов взаимодействия с Европейским союзом. Но в состоянии ли кто-то управлять процессом интеграции двух союзов? Я на 100% уверен: нет, это невозможно сделать.
Возможно, крупный бизнес? Я помню, кого и куда толкал крупный бизнес в начале века. И как на это реагировали политики, в том числе в ЕС. Однако сейчас бизнес не в таком почете. Сейчас торжествующая политическая линия — популизм.
Можно было себе когда-нибудь представить, что Германия за три месяца примет решение о запрете атомной энергетики? Между тем такое решение принято. Для меня это апофеоз популизма, и в данном контексте я не вижу возможностей у бизнеса подтолкнуть интеграционный процесс, чтобы он состоялся.
Мы вступили в век инфраструктур, в век цифровой трансформации. Четыре важнейшие инфраструктуры: транспортная, энергетическая, информационная и финансовая — определяют облик хозяйства. И единственный путь как внутри интеграционных группировок, так и между ними — это путь унификации и цифровизации данных инфраструктур.

Сергей Караганов, декан факультета мировой экономики и мировой политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»:
— Налаживая новые отношения с Европейским союзом, необходимо учитывать опыт прошлого. В некоторых вещах он был негативным, и наш диалог о взаимодействии России и ЕС провалился. Имелось много причин, но среди главных — отсутствие общей цели.
Сейчас нам нужно сначала понять, куда мы вместе идем. Это первое. Второе и очень существенное — коренным образом изменилась ситуация и в России, и в Европе. 10-20 лет назад, когда мы вели диалог с Европой, она находилась на подъеме, а сейчас — в кризисе, который пожирает ее энергию внутрь. Поэтому рассчитывать на то, что мы с европейской бюрократией быстро о чем-то договоримся, стоит еще меньше, чем раньше.
Третье — за последние годы Россия начала поворот на Восток — и экономический, и геополитический. Торговля с Азией растет и будет расти еще довольно длительное время. В результате наша страна приобрела новые качества и из периферийной европейской державы, ученика Европы, которой она являлась почти 300 лет, превращается в самостоятельную евразийскую державу. Мы смотрим направо и налево и, по-моему, наконец счастливы.
Поскольку общий язык с ЕС в ближайшей перспективе найти не получится, оптимальный вариант сейчас — совместная работа на уровне экспертов, ассоциаций бизнеса. Они должны сформулировать повестку дня и представить ее двум комиссиям. А комиссии переварят это и начнут действовать, но уже с пониманием, куда мы должны идти.
Я верю в возможность восстановления диалога и близких российско-европейских отношений. Однако если это произойдет лет через пять, ситуация окажется кардинально иной. Россия будет иметь 40% торговли с Азией (не обязательно с Китаем) и 40-42% с Европой. И это будет новая реальность.
Сибирь, Дальний Восток становятся регионами наиболее быстрого роста российской экономики. И нам нужно концептуально подумать: а не стоит ли вообще сменить лозунг?
Например, рассматривать перспективы Большого Евразийского партнерства не от Владивостока до Лиссабона (хотя на центральной улице Владивостока стоят дома, построенные европейскими фирмами, и это очень интересное место), а от Сингапура или от Токио до Лиссабона. Это гораздо более продуктивная и нацеленная в будущее концепция.

Франк Шауфф, генеральный директор Ассоциации европейского бизнеса:
— Последние несколько лет мы тесто сотрудничаем с Евразийской экономической комиссией. У нас очень активная коммуникация в части таможенного и технического регулирования, в других направлениях.
Евразийский союз — уже реальность. Да, пока в отношении ЕАЭС присутствует определенный скепсис, но его признание — вопрос времени.

На ПМЭФ-2017 руководители ИД «ЕвроМедиа» встретились с председателем Коллегии ЕЭК Тиграном Саркисяном.jpg

На ПМЭФ-2017 руководители ИД «ЕвроМедиа» встретились с председателем Коллегии ЕЭК Тиграном Саркисяном. 
Он одобрил реализацию спецпроекта, посвященного результатам евразийской интеграции.


В поисках всеобъемлющего соглашения
Участникам панельной сессии на ПМЭФ-2017 из числа политиков и бизнесменов было предложено ответить на три актуальных вопроса, касающихся нюансов сотрудничества ЕС и ЕАЭС.
— Результаты очень интересные, — прокомментировала член Коллегии (министр) по интеграции и макроэкономике ЕЭК Татьяна Валовая. — Наверное, санкции и контрсанкции только усиливают страсть между Евразийским и Европейским союзами. Отвечая на вопрос № 1 «Кто является более предпочтительным торговым партнером для ЕАЭС?», в нынешнем году ЕС назвал 41% респондентов, а в прошлом году таких было 26,5%. Китай сохранил свою позицию — 12,7%.
На вопрос № 2 «Готов ли в настоящее время, с учетом геополитической обстановки, европейский бизнес к фактическому сотрудничеству с евразийским?» «да» сказали 70,5%, «нет» — 29,5%. Ситуация понятная.
Но гораздо более интересны результаты голосования по вопросу № 3: «Необходимо ли двум союзам всеобъемлющее соглашение?» 79,5% ответов — «да» и только 20,5% — «нет».
Выходит, что самостоятельно бизнес все проблемы не решит. Нужен какой-то проект, цель, импульс.

таможня.jpg

Таможне дают добро
Более 70% предложений, поступивших от бизнеса, нашли отражение в новом Таможенном кодексе Евразийского экономического союза, который должен вступить в силу 1 января 2018 года. Таковы оценки предпринимательских объединений, участвовавших в разработке документа. Об этом рассказал член Коллегии (министр) по таможенному сотрудничеству ЕЭК Мукай Кадыркулов. Он также отметил, что правительства стран ЕАЭС договорились синхронизировать проведение необходимых внутригосударственных процедур, предшествующих ратификации договора о ТК.
«Таможенный кодекс — первый в практике Союза масштабный документ, в разработке которого участвовал бизнес, — прокомментировал Кадыркулов. — Мы отказались от старой практики, когда госорганы сами разрабатывали документ, а только потом показывали его непосредственным исполнителям — участникам внешнеэкономической деятельности. Представители бизнес-сообществ всех пяти государств ЕАЭС являлись непосредственными разработчиками ТК, начиная от концепции и заканчивая конкретными формулировками в тексте. Кстати, такой формат работы уже сейчас распространен и на другие нормативно-правовые акты, разрабатываемые на площадке таможенного блока ЕЭК».
Со вступлением в силу нового Таможенного кодекса будут устранены все занесенные в «Белую книгу» ЕАЭС препятствия на внутреннем рынке, отнесенные к сфере таможенного регулирования. На момент создания Союза в предварительном списке изъятий, барьеров и ограничений для взаимного доступа субъектов предпринимательской деятельности на национальные рынки стран ЕАЭС фигурировало порядка 600 неурегулированных вопросов, из них 23 относились к таможенной сфере. Сейчас осталось всего два, и оба устраняются со вступлением в силу союзного ТК. 
Авторы: Данил Савельев