Жить, чтобы строить

Заслуженный строитель России Александр Огородов рассказал «Вестнику» о том, почему не мыслит себя без любимого дела

09.04.2021
12 апреля исполняется 60 лет со дня запуска первого человека в космическое пространство. На строительстве Байконура было задействовано несколько тысяч человек. Один из них — Александр Огородов, лауреат премии Ленинского комсомола, кавалер орденов Октябрьской революции и Трудового Красного Знамени. Он поделился с обозревателем «Вестника» воспоминаниями о том, как возводились Байконур, олимпийские объекты в Москве, здание Минобороны и другие знаковые объекты.

Как потомок персидской знати вагоны с ракушечником разгружал. «Наверное, кому что на роду написано. В моем случае сработали гены: и отец, и отчим были строителями. Я уже в школьном возрасте знал, что никакой другой профессии для себя не хочу, — вспоминает Александр Николаевич. — Мои родители после института переехали на Дальний Восток, где я родился, а через несколько лет попали в азербайджанскую Нахичевань — на родину отца. Он был из влиятельной аристократической семьи иранских персов. Хорошо помню своего деда — он был долгожителем. Когда мой 105-летний дед шел по центральной улице Нахичевани, прохожие расходились в стороны, снимали головные уборы и кланялись ему. Дед был всегда элегантно одет: любил светлые брючные костюмы и соломенные шляпы».
Родители Огородова не сошлись характерами: властная женщина и мужчина горячих южных кровей частенько ругались, и вскоре у Александра Николаевича появился отчим. «Он работал на стройке в Нахичевани, и все летние каникулы я проводил у него на работе: разгружал вагоны с ракушечником, таскал кирпичи, мешал бетон. Словом, выполнял черновую работу. Но ни на секунду даже не задумался: «Как же это сложно — работать на стройке! Поищу-ка для себя что-то полегче! Я, как сейчас модно говорить, получал абсолютный кайф».

Колотил подчиненных за лень. В 1964 году по окончании Бакинского горного техникума Александр Николаевич попал по распределению на Байконур. Там же встретил свою судьбу — Валентину, с которой живет вместе уже более 50 лет, там же родился и их сын, который пошел по стопам отца.
На Байконуре Александр Огородов дважды ремонтировал гагаринский старт, а также занимался строительством объекта Н-1, откуда впоследствии был запущен знаменитый «Буран». А в 1971 году, в 25 лет, за работу на стратегических объектах получил орден Трудового Красного Знамени. 
«И хотя я всегда был очень трудолюбивым и все объекты сдавал в срок, конечно, не мог ожидать такой высокой награды, — отмечает он. — Орден давали одному из 45 тысяч человек. И вот им наградили меня, 25-летнего пацана!»
Александру Николаевичу всегда был свойственен ответственный подход в работе. Девиз его жизни: дал слово — выполняй! А еще он был темпераментным и даже... драчливым!
«Меня всегда раздражали бездельники. Стыдно признаваться, но если кто-то из моих подчиненных ленился, срывал сроки, я по молодости лет их поколачивал. Я ведь десять лет занимался боксом в трудовых резервах, так что сила была! До сих пор помню двух разгильдяев с Байконура, бывших заключенных. Они воровали инструменты со стройки, курили анашу, издевались над молодыми солдатами. Я этого вытерпеть не мог. До тяжких телесных с моей стороны, разумеется, не доходило, но подзатыльников я им раздал немало, — смеется Александр Огородов. — Думаю, если бы не мой боевой характер и трудолюбие, не получил бы от государства самых высоких наград».
На Байконуре Александр Николаевич провел восемь лет, затем переехал с семьей в Москву, где почти весь оставшийся отрезок трудового пути проработал начальником СМУ одной из воинских частей. Но космодром в пустыне до сих пор вспоминает с огромной теплотой: «Это было самое потрясающее время. И я хочу поздравить всех причастных с грядущим Днем космонавтики и пожелать им только удачных стартов!».

начальник штаба.jpg

Начальник штаба космонавтов Иван Борисенко (второй справа) инструктирует космонавтов перед полетом.

Огородов.jpg

Трудовой путь Александра Огородова был отмечен множеством
высоких государственных наград.


на въезде в город.jpg

На въезде в город Байконур (ранее Ленинск)

Два укромных местечка для двух генсеков. За свою профессиональную жизнь Александр Огородов построил множество военных и гражданских объектов. «Министерство обороны получает очень сложные заказы, так что на второстепенных объектах мне работать не приходилось, — рассказывает он. — Строил шестой госпиталь в Москве, главное здание Минобороны, две гостиницы-свечки для московской Олимпиады, в одной из которых предполагалось расселить американскую делегацию, принимал участие в ликвидации последствий взрыва атомного реактора на Чернобыльской АЭС и успел даже получить облучение дозой в 78 рентген».
В 1979 году Александра Николаевича перебросили на Валдай. Поручили строить дачу для самого Леонида Брежнева. Под нее было отведено 117 гектаров в районе знаменитого озера. Интересный объект с двумя пляжами и уютным домиком был построен в короткие сроки — всего за три года. Жаль, что побывать на новой даче Леонид Ильич так и не успел...
Зато другой генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев очень полюбил дачу, которую также построил Александр Огородов. Речь о том самом знаменитом доме в Форосе, где первый и последний президент СССР «сидел под арестом» во время ГКЧП.
«Дача в Форосе — один из самых сложных объектов, который я строил, — подчеркивает Александр Николаевич. — Местность в том районе оползневая, пришлось забивать 12-метровые сваи и все материалы поднимать в гору, что называется, на своем горбу — транспорт туда подъехать не мог. Но в итоге семья Горбачевых осталась очень довольна».
В 1986 году Александра Огородова вновь нашла высокая государственная награда. За выдающиеся достижения в области развития народного хозяйства, а также за укрепление оборонной мощности СССР он получил орден Октябрьской революции — второй по значимости на тот момент после ордена Ленина.
 
дача Брежнева.jpg

Фасад дачи Леонида Брежнева на Валдае был облицован мрамором.

дача Брежнева.jpg

Внутреннее убранство Брежневской дачи на Валдае.

Генерал-майор и два ангела-хранителя. Александр Николаевич всегда работал на военных должностях, но оставался «гражданским». Однако звание он все-таки получил. Правда, не от Министерства обороны, а от Терского казачьего войска — уж очень впечатлились казаки его заслугами перед строительной отраслью России. Сегодня он почетный генерал-майор. Есть у него и парадная форма, и обязанности перед войском: он участвует в сборах, а также выполняет небольшие поручения по строительному профилю.
«На работе я сталкивался с крайне опасными ситуациями. К примеру, на Олимпиаде. Как-то поздно вечером шел с совещания через вентиляционное помещение и услышал женский крик. Бросился на помощь и упал на вентиляционную трубу, прямо на задвижку. Эта задвижка мне моментально щеку разорвала. Крови было больше литра. В травмпункте зашили неудачно, только на следующий день «перезалатали» в госпитале им. Н. Бурденко. Шрам остался на всю жизнь».
После нескольких несчастных случаев, в которых Александр Огородов оказывался на грани жизни и смерти, он поверил в Бога и в 44 года принял крещение. Теперь он точно знает, что у него всегда был ангел-хранитель. Вернее, целых два. Вторым он считает жену Валентину.
«Не будь ее рядом, не будь ее заботы и внимания, не видать мне карьеры! — говорит он. — Я ведь за жизнь дома толком и не был: сплошные командировки. А она все это вынесла, не предала. Я ее безумно люблю и бесконечно благодарю за все».
13 марта 1991 года президент РСФСР Борис Ельцин подписал указ о присвоении Александру Николаевичу Огородову звания «Заслуженный строитель России». В том же году Александр Огородов организовал собственную строительную фирму, где и по сей день остается на позиции генерального директора. Но по большей части дела в ней ведут сын и зять Александра Николаевича. А сам он, поселившись с женой в коттеджном поселке неподалеку от Москвы, занимается коллекционированием монет, обожает долгие прогулки и каждый год ездит с супругой в Сочи. 

А еще он очень гордится современными строителями и теми объектами, которые они возвели за последние годы. Особенно впечатляет Александра Николаевича Крымский мост, в строительстве которого он бы и сам принял участие, будь такая возможность.
«Жизнь прошла интересно, жаловаться грех, — улыбается он. — Если бы ее нужно было прожить заново, я бы ничего не изменил. Строитель — самая лучшая профессия, созидательная. А приносить пользу людям — разве этого мало для счастья?» 
Авторы: Анна Островская