Наида Исматулаева: «Ни один архитектор не работает для того, чтобы создавать вокруг себя каменные джунгли»

Реализация проекта формирования комфортной городской среды позволила повысить уровень благоустройства в крупных городах, а в малые города и исторические поселения, без преувеличения, вдохнула вторую жизнь

21.05.2019
Яндекс.Дзен Instagram
И если первоначально идеи преображения наших территорий казались фантастичными, то с каждым днем становится все яснее, что нет ничего невозможного. Главное - организовать грамотную работу. О том, как сформировать дружественную городскую среду, а также о международных практиках, которые были бы уместны на Русской земле, рассказала и.о. начальника Управления строительства и архитектуры Липецкой области, экс-главный архитектор города Азова Наида Исматулаева.
Наида Исматулаева.jpg
Год больших побед
— Прошлый год ознаменовался для меня двумя важными событиями. Во-первых, проект благоустройства Петровского бульвара города Азова стал победителем Всероссийского конкурса проектов комфортной городской среды в малых городах и исторических поселениях. А во-вторых, я стала одной из ста человек, прошедших обучение в рамках образовательной программы развития архитекторов, проектировщиков, градостроителей и госслужащих архитекторы.рф, организованной Минстроем РФ, ДОМ.РФ и КБ «Стрелка».
И в первом, и во втором случае заявок было подано немало (на архитекторы. рф — 1400!). И поэтому участие в каждом из конкурсов оказалось волнительным, а победы — очень дорогими.
Одним из ключевых ожиданий в обучении для меня стала возможность пройти курс грамотного формирования комфортной городской среды, основываясь на лучших российских и мировых практиках. Иногда очень важно видеть свежее: оно позволяет обновиться, перезагрузить-ся и посмотреть на свою территорию немножко другим взглядом. И, конечно, то, что в рамках четырехмесячного курса нам демонстрировали в Европе, повлияло и на концепцию проекта благоустройства Петровского бульвара.

Дания: постоянная игра среды с человеком
— Дания — страна, которая покоряет ощущением смысла. Там применяются подходы интеллектуального проектирования — не просто посредством использования определенных стандартов или рекомендаций, а посредством изучения своей среды. Один из принципов архитектурной политики в развитии территорий — дружественность среды. Это прежде всего пятиминутная транспортная доступность (метро или автобусы) к ключевым точкам города. Здесь в городскую жизнь максимально вовлечены рельеф и климат территории, в частности каналы и реки. Один из наиболее ярких проектов —бассейн в реке. У нас представить нечто подобное сложно. Хотя в России такая история совершенно точно нашла бы отклик у населения.
Дания.jpg
Вызывает уважение подход, который в Копенгагене называют проектированием между зданиями. Если проанализировать развитие одной и той же территории с перерывом в пару лет, можно увидеть массу деталей, которые очень органично постепенно проникают в среду.
История, доведенная до совершенства, — реновация территорий. Например, реновация силосных башен, находящихся почти в центре Копенгагена, превратила заброшенное место в уютный жилой район и современный деловой центр. Здесь две 42-метровые цилиндрические башни соединили в одну жилую конструкцию.
При этом жилые пространства не стали встраивать внутрь башен, а нарастили их снаружи, в результате чего образовались изысканные криволинейные формы. Дания — это история, когда с вами постоянно играют. Среда с вами играет. Этому способствует наличие огромного числа деталей, которые вовлекают и отвлекают от городской суеты. Одним из таких элементов выступают встраиваемые в рельеф местности пешеходные мосты. При этом на набережных нет ограждений. Когда мы спросили местного архитектора с удивлением: «А где же забор? Вдруг кто-нибудь упадет?», он ответил: «Упадет — научится плавать». И население реагирует должным образом: все понимают, что природа должна быть ближе к человеку, а не огорожена какими-то вертикальными конструкциями.

Городская среда здесь — это создание парков широкого функционала в пешеходной доступности. Не важно, снег на улице или летний зной — человек должен иметь возможность выйти на улицу и найти себе занятие. Я видела много людей в возрасте 80-90 лет, которые занимались на тренажерах и чувствовали себя так же замечательно, как находившиеся рядом с ними малыши и подростки. Все они были одинаково вовлечены в среду.
Такие примеры — следствие градостроительной политики страны. Мне очень понравилась фраза, которую я услышала от советника короля Дании: «Городская жизнь важнее городского пространства, а городское пространство важнее здания». Мне кажется, это надо несколько раз перечитать, чтобы понять. Но если вы посмотрите фотографии или кинокадры датских улиц, то поймете, что тепло, которое излучают прохожие, — это и есть то, ради чего работают главные архитекторы территорий и специалисты по градостроительству. И эта фраза максимально раскрывает наши задачи при формировании пространств посредством того, что находится у нас в душе. Ведь ни один архитектор не работает для того, чтобы создавать вокруг себя пустые каменные джунгли. Я в этом твердо убеждена.

Барселона: максимальная смелость в архитектурных решениях
— Барселона покорила своими сумасшедшими идеями. Бывший главный архитектор Барселоны Висенте Гуаярт говорил о том, что в городе можно встретить 114 прекрасных объектов, поражающих воображение (конечно, эта цифра условная), и великих архитекторов, и ровно такое же количество ужасных объектов от этих же великих архитекторов. Максимальная смелость в решениях — то, что можно видеть в Барселоне. Например, это надстройки, грамотно встроенные в существующую застройку блоками.
Здесь повсеместно встречаются примеры, когда добавленный объем очень уместен. Часто застройка уплотняется посредством реконструкции свободных полей, возникающих между объектами.
В России существуют противопожарные и иные требования, которые пока не позволяют применять многие из привычных в Барселоне решений. Но, я думаю, мы к этому придем, пересмотрев стандарты проектирования и строительства. Те процессы, которые сейчас происходят, говорят о том, что мы находимся на пороге большой реформы законодательного поля.
Берлин.jpg
Берлин — город идеальных мелочей
— Берлин — город идеальных мелочей. Здесь даже плиточка к плиточке уложена идеально. Находясь в городе, мы повсюду фотографировали канализационные люки. Совершенно очевидно, что здесь заранее позаботились о том, чтобы люки идеально вписывались в различные раскладки плитки.
Берлин — это архитектор и строитель в одном лице. Например, архитектор, построивший очень красивый дом в столице Германии, говорил, что никто другой не взялся бы за этот объект, потому что не знал бы, как его нужно построить. Только благодаря смелости архитектора, его неординарным решениям на углу улицы образовался прекрасный сквер. При этом сама улица не смотрится разбитой, перекресток сохранен в целостности, его не нужно выносить каменным изваянием в угол. Здесь прекрасные формы, фасады, пространства, раскрывающиеся за зданиями. Все элементы соучастны как природе, так и тем элементам застройки, которые вы видите перед собой.

Комфортная среда начинается с народного проектирования
 — Комфортная среда — результат комплексной стратегии, которая не только отвечает текущим запросам, но и решает глобальные задачи. К сожалению, главные архитекторы постоянно загружены бумажной волокитой, и иногда не хватает времени поднять голову, расправить плечи и посмотреть, что происходит в городе и куда город должен двигаться. Мне кажется, только благодаря нашему позитивному отношению к городам и районам, благодаря нашему грамотному чутью того, что нужно именно сейчас, и создается вокруг комфортная среда. Почему во всероссийском конкурсе победил азовский проект Петровского бульвара? Открою небольшой секрет. Мы победили, потому что провели большую работу с людьми. Это объект народного проектирования. В голосовании приняли участие несколько десятков тысяч человек — для города с населением 87 тысяч человек это очень высокий процент. Настолько высокий, что изначально, когда проект Петровского бульвара стал участвовать в конкурсе, его организаторы не поверили в то, что мы могли на таком уровне провести организацию работы: за вовлечение бизнеса и населения нам поставили по 0 баллов, подумав, что предоставленные на конкурс фотомонтаж. Несмотря на это, мы прошли в полуфинал, а я решила доказать, что эта работа все-таки проведена. Мы разместили объявление, что ждем в 8 утра (потому что в 11 уже улетали в Москву) на Петровском бульваре всех, кто хочет, чтобы этот объект благоустроили. За полдня информирования на наше объявление откликнулось 45 бизнесменов, работающих на Петровском бульваре, и 150 горожан. Ролик собравшихся на площади, снятый с квадрокоптера, мы взяли с собой на конкурс. Благодаря этому нам поверили. Это было федеральное признание. Но самое главное произошло раньше. Самое главное произошло, когда люди поверили. Мне кажется, комфортная городская среда — это замечательный инструмент, чтобы вокруг нас организовать группы поддержки, которые будут большой помощью и подспорьем в работе каждого дня.

Петровский бульвар: оберегая воспоминания
— Петровский бульвар — центральная улица Азова — бульварная, полностью пешеходная. Мы провели социологическое исследование, задав людям вопрос, что они берегут на Петровском бульваре. И ответы были удручающие. Я не понимала людей, когда они отвечали: нам дорога эта плитка (плитка советского времени, местами поломанная, взорванная корнями деревьев). «Почему плитка?» — спрашивала я. Мне отвечали: «Она красивая, ее помнят наши дети, внуки». Тогда я начала понимать, что люди берегут воспоминания и не настроены на то, чтобы мы изменили что-то кардинально. После этого объявили федеральный конкурс, основным условием которого было восстановление исторической идентичности, что идеально подошло к Петровскому бульвару.
Мы поняли точно одно: нужно восстановить историческую идентичность в том виде, в котором она сохранена в воспоминаниях людей. Мы не добавили ничего нового (кроме пешеходного светодинамического фонтана, который уже построили в прошлом году в центре площади). Мы заказали такие же элементы, как подсвечники-фонари в начале Петровского бульвара. Теперь они будут перекликаться на протяжении всего Петровского. Здесь будет реконструирован питьевой фонтанчик. С лавочками отдельная история — мы нашли два чугунных элемента древней лавочки с Петровского бульвара в куче мусора. Один предприниматель восстановил лавочку. Другой нашел возможность изготавливать такие же для установки на бульваре. Кроме того, мы подняли старинную брусчатку, которая лежала несколькими метрами ниже, и теперь на бульваре будут вкрапления той самой плитки, которой не одна сотня лет. Рядом расположится новая плиточка, стилизованная под старину. Благодаря открытию всех этих закопанных историей легенд и деталей за счет федеральных средств будет восстановлен Петровский тех лет. При этом он будет обогащен, озеленен и дополнен автополивом.
город.jpg
В унисон с чувством города
— Считаю, что нынешнее гражданское общество прошло некую точку невозврата в истории архитектуры, и больше времени ошибаться нет. Люди чувствуют мир и его многообразие больше, чем 20 и 30 лет назад, а это значит, что реальность вокруг должна отзываться на данные запросы и города должны меняться.
На фоне некоторого безобразия городов (без территориальной привязки к конкретным) — от отсутствия принятых норм дозволенного до эстетики деталей среды, ее проработанности — наступила пора подсознательного торжества архитектурной политики, и этот перелом происходит сейчас с разной силой в каждом субъекте РФ. Проиграют те территории, кто не поймут этого сейчас и не попытаются изменить ситуацию в ближайшие несколько лет. Каждый управленец должен задуматься о стратегии развития своей территории с учетом региональной специфики, самоидентичности и требований к комфортной городской среде.
Я ожидаю, что большим помощником в этой работе станет федеральный законодатель. Многие законопроекты нужно совершенствовать. Более ответственного времени для работы в этом направлении, чем сегодня и сейчас, нет и не будет. Одним из самых важных документов, который сегодня просто необходим, является архитектурный кодекс с набором принципов архитектурной политики.
Когда у нас появится такой документ, мы сможем говорить о том, почему на улицах города появляются ужасные объекты или, наоборот, слишком красивые, которые не поймут никогда. Нужно понимать, что каждый архитектор творит не на сегодняшний день, его объект будет оценен далеко после его жизни. Объекты, которые строятся сейчас, будут стоять после нас еще лет сто. И, к сожалению, мы не увидим, как эти объекты состарятся. И в этом основная философская сложность нас как творцов. 

Досье
Наида Исматулаева с отличием окончила Ростовский государственный строительный университет по направлениям подготовки «Прикладная геодезия» и «Магистр техники и технологии геодезии». Затем прошла курсы переподготовки в Учебно-научном центре государственного строительства и подготовки управленческих кадров МГУ им. Ломоносова и в Московском государственном гуманитарном университете им. Шолохова по направлению «Государственная и муниципальная служба». Финалист образовательного проекта архитекторы.рф. Победитель федерального конкурса благоустройства малых городов и исторических поселений. Обладатель архитектурного знака и диплома Союза архитекторов России «Кентавр». Работала в должности главного архитектора Азова на протяжении 2,5 лет. До этого возглавляла отдел строительства, архитектуры и реализации инвестпроектов администрации Родионово-Несветайского района Ростовской области и занимала пост главного архитектора района. В конце марта 2019 года назначена и.о. начальника Управления строительства и архитектуры Липецкой области.
Авторы: Лозовая Елена