Чего не хватает России

Создавать комфортные и функциональные общественные пространства не так-то просто: непродуманные детали могут загубить всю концепцию

29.01.2019
Яндекс.Дзен Instagram
С каждым годом общественным пространствам уделяется все большее внимание: реализуется федеральная программа «Формирование комфортной городской среды», увеличилось число конкурсов на разработку проектов благоустройства, выросло число вовлеченного в эти процессы населения. Но создавать комфортные и функциональные общественные пространства не так-то просто: непродуманные детали могут загубить всю концепцию. О том, какие тенденции в организации общественных пространств можно проследить сегодня, какие объекты стоит считать эталонами и к чему мы придем в будущем, мы поговорили с экспертами в области архитектуры и проектирования.
Барт Голдхоорн.jpg
Барт Голдхоорн, главный архитектор компании «Брусника»:
— Появление мобильных телефонов спровоцировало рост популярности общественных пространств, где люди стали проводить гораздо больше времени. Все меньше встреч проходит дома, все больше на улице. Поэтому людям так важно находиться в таких пространствах, где комфортно и приятно, где можно присесть, пообщаться и воспользоваться Wi-Fi.
Сегодня в России очень много общественных пространств, гораздо больше, чем в Европе. Но за ними не следят должным образом, не ухаживают, иногда они превращаются в места стихийных парковок. Однако наметилась тенденция к изменению этого расклада. Стало появляться все больше благоустроенных дворов, где запрещена парковка.
Парадигма того, как благоустроить город, создана в Европе: большие участки разделяются на кварталы и улицы. И вот между кварталами находятся места для площадей и общественных пространств. Еще один образцовый пример подхода к вопросу создала Барселона в конце 80-х годов в процессе подготовки к летним Олимпийским играм. Власти города хотели значительно улучшить его облик, но все жилье было частным, средств на реконструкцию у администрации не было. Поэтому решили обновить дизайн городских площадей, убрать оттуда автомобили.
В итоге денег потрачено немного, но много усилий в развитие пространств вложили жители прилегающих домов, потому что почувствовали комфорт и ощутили повышение цен на их недвижимость.
Принцип таков — ​если ты делаешь хорошее общественное пространство, весь город автоматически включается в этот процесс. Таким же образом меняется Москва, в Санкт-Петербурге еще в начале 2000-х были реконструированы социальные пространства вокруг Невского проспекта. Активно идет эта работа в Республике Татарстан, особенно в небольших городках.
Считаю, что общественные пространства будут развиваться дальше в положительном ключе. Во-первых, нивелируются проблемы парковок, импульс к развитию получат автомобили без водителей, люди станут покупать машины в меньших объемах. Упростится процесс строительства парковок прямо под домами.
Куда шире и гибче станет сеть общественного транспорта, многие пересядут на велосипеды. Это позволит разгрузить общественные пространства, которые часто заставляют автомобилями.
Олег Манов.jpg
Олег Манов, руководитель архитектурной мастерской FUTURA Architects:
— За последние годы реализовано множество проектов общественных пространств совершенно нового уровня. Если обобщать подходы к проектам, то можно условно разделить их на два типа: эффектные и эффективные.
Эффектные общественные пространства создаются, как правило, с использованием больших бюджетов и воплощаются на протяжении многих лет. Эти проекты оказывают влияние на повышение статуса всего города и создаются не только для жителей, но и для туристов. Как правило, их проектируют консорциумы с привлечением иностранных специалистов в ландшафтном дизайне. В проектах появляется множество интегрированных в пространство объектов: концертные и выставочные площадки, спортивные объекты, рестораны. Среди ярких примеров таких пространств можно выделить парк Горького, «Музеон», парк «Зарядье» в Москве, остров Новая Голландия в Санкт-Петербурге, озеро Кабан в Казани.
Второй тип пространств — ​эффективные. Обычно это проекты небольших зеленых зон, мини-парков, бульваров, набережных в масштабах одного квартала. Как правило, проекты ограничены в бюджете и времени. А их воздействие на городскую среду можно оценить уже через пару лет. Примеров такого подхода множество, и, насколько я знаю, в Казани их реализовано уже более 300.
Не существует идеальных общественных пространств, учитывающих потребности всех посетителей, как нет и идеальных посетителей. Интерес представляет разнообразие вариантов, которые позволяют не только прогуливаться, но и развиваться, находясь в этих пространствах. Кто-то идет в парк, чтобы пообщаться, а кто-то, наоборот, чтобы отдохнуть от общения. Кому-то хочется заняться спортом на свежем воздухе, а кому-то найти уединенное место, чтобы поработать или побыть в тишине. В будущем открытые общественные пространства смогут конкурировать с популярными сегодня общественными центрами, которые иногда называют «третьим местом». Грань между интерьером и экстерьером может размыться настолько, что мы перестанем ее ощущать, как сегодня мы иногда не ощущаем разницу между реальным и виртуальным миром.
Яна Голубева.jpg
Яна Голубева, директор MLA+, Россия:
— Основная тенденция, которую мы видим сегодня, — ​переосмысление городских пространств так, чтобы они становились общественными.
Общественные пространства формируются на месте пустырей и автопарковок. Город позиционируется как место, где удобно и хорошо жить, соответственно, необходимы новые пространства для занятий спортом, прогулок с детьми, встреч и общения. Формируются новые связанные системы. Города благоустраивают линейные парки вдоль набережных, железных дорог, появляются новые связи между районами.
Как создать идеальное общественное пространство? Оно должно быть включено в целостную систему общественных пространств, реагировать на окружающую застройку. Оно должно быть контекстуально создано специально для этого места, опираться на историю, характер территории.
В ближайшие годы будет меняться то, как люди используют общественные пространства и что будет считаться «дозволенным», «нормой». Например, во многих парках Европы сформированы специальные зоны барбекю, и жарить мясо в центральном парке — ​вполне нормальное занятие выходного дня. У нас такая деятельность до сих пор считается маргинальной и недопустимой.
Мы должны обеспечить сегодня свободный доступ к общественным пространствам, их связность и возможность их трансформации под формируемые обществом запросы.
Следует сказать, что общественных пространств не должно быть слишком много — ​это не обеспечивает должную концентрацию интереса к ним, а наоборот, обесценивает. В условиях России, где общественных территорий достаточно много, имеет смысл пересмотреть концепцию «общественного» и, возможно, некоторые территории выделить в категорию «полуприватные» или даже «частного пользования» — ​в качестве примера можно привести частные огороды в бывших дворах многоэтажек в Восточном Берлине.
Людмила Малкис.jpg
Людмила Малкис, основатель archipeople.ru, автор образовательного курса-контеста EDDE, урбанист (социокультурное проектирование), блогер:
— После триумфального возрождения парка Горького в Москве мы, словно зачарованные, наблюдаем за тем, как один за другим появляются новые общественные пространства.
Парк Горького стал сенсацией. И как любую сенсацию, его захотели повторить.
Ведь на расстоянии вытянутой руки, а не в западных архитектурных журналах мы увидели блестящих роллеров, несущихся по невероятной красоты деревянным помостам, дивную зелень газонов от ландшафтного дизайнера Анны Андреевой и влюбились в это.
Чудеса стали множиться: Красный пляж в Вологде, парк «Дельфин» в Воронеже, парк Сергея Галицкого в Краснодаре, а теперь вот и «Зарядье» в Москве, которое удостоилось авторитетной международной премии Building of the Year. В Казани число новых «зеленых» территорий только в этом году перевалило за сотню: в начале года Наталья Фишман, помощник президента РТ, объявила о планах по реализации программы «Парки и скверы».
Парк Горького появился благодаря тому, что «сошлись звезды» — ​Сергей Капков, институт «Стрелка» и бюро Wowhaus фактически спроектировали образ будущего. В Казани этот опыт повторили через систему градостроительных конкурсов, которые впоследствии сложились в методологию проектирования общественных пространств. Она объединяет профессионалов самого высокого уровня — ​победителями конкурса концепции набережной озера Кабан стал консорциум, состоящий из звездных китайских архитекторов и довольно известного российского бюро Turenscape + МАП, бизнеса, власти и горожан. На фундаменте конкурсных проектов зародилось проектировочное бюро «Архдесант».
В противовес этому подавляющая часть проектов благоустройства, которая была представлена на конкурс, инициированный Минстроем РФ «Малые города и исторические поселения» показала несостоятельность их авторов.
В чем же проблемы? Как эксперт и куратор региональных воркшопов я вижу, что комплексной задачей, ориентированной на строительство инфраструктуры будущего, занимаются единицы, большинство же проектов ограничены декоративным подходом. По словам Эдуарда Моро, главы французского архитектурного бюро Orchestra, разница между Россией и Францией заключается в том, что «…во Франции мало денег и общественных пространств. Мы не думаем о том, как создать новое общественное пространство, а о том, как организовать взаимодействие между ним и зданиями. Государство выкупает землю, разрабатывает проект и лишь потом передает его девелоперу. В России же сегодня можно построить миллионы метров общественных пространств без связи с транспортными линиями, зданиями и объектами».
Главная задача ближайшего времени — ​воспитание специалистов на местах. Многие молодые архитекторы и дизайнеры вполне способны решить проблемы малых российских городов. Думаю, что обмен кадрами вполне мог бы создать условия для развития грамотных специалистов, которых сегодня в тех же моногородах просто нет в силу понятных причин. А проектировать новые формы общественной жизни некому, ведь те же самые главные архитекторы муниципалитетов не занимались этим несколько десятилетий, будучи погружены в вопросы документооборота. В общем, возможности будто есть, а вот способов их реализовать на самом деле немного. Что делать? Учиться, ездить и знакомиться со специалистами, выстраивать систему, которая ориентирована на внешнюю экспертизу и трансформирует сама себя. Такой замысловатый рецепт, но он вполне рабочий, как показывает опыт.
Никита Маликов.jpg
Никита Маликов, руководитель архитектурного бюро Маликова:
— Раньше благоустройство было попыткой авторов самовыразиться, передать свое видение пространства в рамках бюджета. Архитектурные задумки часто игнорировали простейшую логику поведения людей, и вместо комфортного пространства выходил хаотичный набор дорожек и малых архитектурных форм (зато как эффектно все это выглядело на генеральном плане). Сейчас пришло понимание, что ключевой элемент все же человек, он же пользователь.
Работать с людьми очень сложно. Напрямую спросить, что нравится человеку, нельзя. Хотя пользователь очень ждет, что его мнение спросят. Но ввиду часто ограниченного мировоззрения люди неосознанно просят повторить что-то увиденное ранее, что обычно не соответствует конкретному месту. И ключевая тенденция в благоустройстве сейчас — ​научиться правильно понимать, что нужно потребителю, как сделать его счастливым. Порой аналитика и исследования занимают больше времени, чем сама реализация.
Самое лучшее благоустройство, я считаю, в регионах, а не в Москве. Да, в столице полно имиджевых пространств с невероятными наработками и элементами, которые достойны мировых архитектурных наград. Но для кого они? Для усредненного пользователя с детьми? В регионах основными пользователями считают местных жителей с устоявшимся мышлением, образом жизни и историей. И это передается на общественные пространства. Вкладывается душа. Лидер в этом Татарстан. За адекватные деньги они создают пространства, где местные жители чувствуют себя комфортно, им есть чем заняться, хочется приводить семью и друзей. Удивил Якутск, который набирает бешеные обороты. Работая вместе с московскими архитекторами, догоняет и перегоняет всех Тула. Удивляют застройщики Тюмени, Екатеринбурга, Калининграда. Некоторые дворы выглядят лучше, чем центральные парки. Получается, что лучшие общественные пространства — ​это не там, где много денег и лучшие специалисты. А там, где умеют работать в заданных ограничениях и с пользователями.
Сейчас многие проекты благоустройства похожи друг на друга из-за единой методологии. В будущем благоустройство разойдется на несколько направлений. К примеру, мы сейчас разрабатываем программы сбора анализа данных через биометрические параметры людей (датчики пульса, давления, стресса). Это позволит создавать локальные чувственные проекты, заточенные под эффект ВАУ. Набирает обороты явление, когда благоустройство не проводят, а лишь создают для него площадку. Местные жители или бизнес делают все сами. Швейцария и Германия сейчас лидеры в этом направлении, в России это можно встретить в арт-кластерах. Думаю, рано или поздно начнет развиваться северное благоустройство, когда ключевые функции пространства будут работать осенью и зимой, а не весной и летом, как сейчас. 
Авторы: Мария Аристова