Джеффри Морган: «В редевелопменте выигрывают всегда мудрый архитектор и аккуратный застройщик, учитывающие местный контекст»

В последние годы слова «реновация» и «редевелопмент» не сходят со страниц печатной прессы: болезненной оказалась тема и с этической, и с финансовой точки зрения

20.08.2018

Какие новые функции могут нести старые здания без оскорбления их исторической памяти? За кем должно быть последнее слово в конфликте собственника и городского сообщества в вопросах преобразования или сноса обветшавших строений? Опытом и советами в эксклюзивном интервью «Вестнику» поделился американский специалист по ревитализации промзон, «реаниматор» депрессивных районов Джеффри Морган.
Джеффри Морган.jpg
Г-н Морган, в мае вы выступали на архитектурном форуме в Калининграде «Среда для жизни: все о жилье». В этом городе немало строений, которым не помешал бы редевелопмент. Но не проще ли возводить новые здания, чем заморачиваться с историческим контекстом домов?
Поездка на форум в Калининграде стала моим первым визитом в Россию. Я был очень рад возможности принять участие в мероприятии и, конечно, посмотреть на город и окрестности, узнать его историю и культуру, поскольку это имеет большое значение для формирования концепции реконструкции.
Зачем вообще нужен редевелопмент? Дилемма «восстановить или строить заново» поднимается во многих городах и в Европе, и в Америке. Если говорить о США, то мы столкнулись с тем, что полный снос домов или кварталов и строительство с нуля вызывает гораздо больше трудностей, чем перестройка существующих. Редевелопмент позволяет городу надстраивать новые смыслы в уже существующей инфраструктуре, в сложившемся экономическом и социальном окружении. Кроме того, такой подход минимизирует неудобства для людей, живущих поблизости, изменения торговой инфраструктуры (которая очень важна для соседних районов). Подумайте сами, насколько сложно все эти моменты спланировать и выстроить с нуля!
Плюс не будем забывать про столь актуальный сегодня принцип экологичности и устойчивого развития, которому уделяется большое внимание. Так что лично я сторонник метода «лечить, а не ампутировать».
И конечно, нельзя не думать о том, что старые здания — хранители истории. Они являются неотъемлемой частью самоидентичности общества, живущего в том или ином районе. Поэтому если вы посмотрите не только на само здание, но и на окружающий его контекст, вы найдете множество возможностей для редевелопмента, которые помогут вдохнуть новую жизнь, дать новые экономические возможности историческим строениям. Такой подход давно популярен в США и Европе, и, я думаю, он вполне подойдет для России.

Но ведь ветхие дома могут быть небезопасны…
О, это очень важный вопрос. Прежде чем говорить о реновации, безусловно, нужно оценить, насколько здание безопасно с точки зрения экологии, устойчивости, соответствия современным стандартам и т.д.
Хотя строительная отрасль шагнула далеко вперед за последние десятилетия, но мы все так же используем дерево, металл, бетон, натуральные отделочные материалы.
Так что в большинстве случаев вернуть к жизни старые строения, сохранив их изначальную архитектурную идею, не так уж и сложно. Один из лучших примеров тому я как раз увидел в Калининграде. На острове Канта есть старая церковь — не помню ее названия (Кафедральный собор. — Прим. ред.). После почти полного уничтожения она была отстроена заново и стала значимым историческим объектом, частью городского наследия. Причем теперь этому зданию практически полностью возвращен его первоначальный функционал.

Кстати, о полном уничтожении. Стоит ли заново отстраивать дома, которых больше не существует, но которые важны с точки зрения исторического наследия?
Я очень настороженно отношусь к идее отстройки заново утраченных зданий. Если все уничтожено полностью, возводить точную копию очень сложно и невероятно дорого. Современные технологии все-таки сильно отличаются, а использование аутентичного строительного материала будет стоить целое состояние. Это касается даже самого простого дома из грубого камня.
Так что на этот счет есть большие сомнения. Но я полностью за использование современных стройматериалов для «реабилитации», придания новых смыслов зданиям сохранившимся.
реновация.jpg
Можете привести примеры удачной реабилитации?
В моей практике пока не было каких-то грандиозных сооружений международного уровня. Но все же несколько хороших примеров я приведу.
Один из них — небольшое коммерческое здание Hayden в Китайском квартале Бостона. Оно было построено в XIX веке известным архитектором Генри Ричардсоном как торгово-офисное помещение. Судьба дома была совсем непростой, и в итоге после пожара на верхних этажах в 90-х годах прошлого века его решено было снести (об этом и других зданиях можно почитать на сайте некоммерческой организации Historic Boston Incorporated: historicboston.org). Но усилиями HBI дом удалось не просто спасти от разрушения, но и включить в «программу реабилитации». Теперь оно вполне успешно функционирует, внутри и снаружи выглядит просто прекрасно.
Эта же организация спасла еще одну заброшенную усадьбу — одну из старейших ферм в Бостоне, построенную в конце 18-го века и бывшую тогда частью огромного поместья. Сейчас она открывается как центр обучения ведению сельского хозяйства в городских условиях, будет служить опытной площадкой для профильного института. Было еще одно здание в Гайд-парке… В общем, примеров не так уж мало, и характерно, что все эти здания находились в настолько запущенном состоянии, что угроза их сноса была абсолютно реальной.
Я занимался всеми тремя проектами. Пусть они небольшие, но, знаете, в своих районах они играли очень важную роль, были значимы и ценны для городского сообщества. Спасти это наследие — значит «встряхнуть» и прилегающие территории.

И вот тут важный этический вопрос. Не будет ли неуважением по отношению к такому историческому наследию придумывать новые смыслы и функции?
Не обязательно. Можно ведь сохранить старый функционал или создать новый, который не так сильно конфликтует с исходным смыслом. Прекрасный пример — переделка здания бывшего завода под жилой дом с ресторанами и барами внизу. Я видел несколько бывших церквей (католических или протестантских. — Прим. ред.), переделанных в жилые дома. Мне кажется, это вполне гуманное отношение к старинному зданию.
Конечно, любой замысел можно испортить. И выигрывают всегда мудрый архитектор и аккуратный застройщик, учитывающие местный контекст и инфраструктуру, вносящие только самые необходимые изменения в реконструкцию здания. Симбиоз старой «оболочки» и нового функционала может вдохнуть в дом новую жизнь, сделать его более свежим и интересным.

А что делать, если горожане и власти (или собственник здания) никак не могут договориться по поводу нового функционала или деталей реконструкции?
В каждом городе свой процесс принятия решений. И часто все зависит от того, чей голос сильнее, у кого больше авторитета для финального слова. Думаю, что руководство города обязательно должно услышать мнение людей, живущих в этом районе, ведь это часть их идентичности, их культуры и истории.
Конечно, бывают ситуации, когда более важное значение имеют другие факторы, призванные защитить или сохранить благополучие горожан.
Но всегда, если городское сообщество выступает против той или иной реконструкции, нужно внимательно выслушать жалобы людей. Порой они бывают несправедливыми, например за счет нехватки информации или невозможности оценить перспективы развития. Я знаю несколько примеров: после окончания реконструкции люди осознали, что они не до конца понимали концепцию и в итоге хорошо приняли новый формат.
Гораздо сложнее, когда все решает собственник. Есть разные пути эффективного разрешения конфликта. Например, если люди выступают против редевелопмента здания, они могут обратиться в соответствующие инстанции с просьбой присвоить ему статус исторического наследия. Тогда никаких перестроек без разрешения спецкомиссии произведено не будет. Более того, если у здания появится «охранная грамота», собственнику никто не даст кредит на реконструкцию без особого разрешения.
Но это работает не всегда. Не будем забывать, что право частной собственности — важное достижение современного мира. Поэтому, да, бывают случаи, когда собственник действительно делает, что хочет, и исторические здания, к сожалению, бывают утрачены. Но это жизнь, тут ничего не поделаешь…

А как понять, какие дома заслуживают спасения, а какие не имеют ни исторической, ни эстетической ценности?
Каждый город проживает разные эпохи по-своему. Хорошим фильтром исторической ценности может стать то, насколько сильно здание отражает тот или иной период, насколько силен в нем исторический след. Не обязательно это должны быть масштабные, глобальные конструкции, могут быть вполне обычные бытовые сооружения. И их можно вписать в современный контекст — они все равно останутся живыми посланниками эпох.

И тогда последний вопрос, по которому тоже нередко возникают споры. Как гармонично вписать историческое здание в концепцию современных, совсем иных по стилистике кварталов?
Знаете, бывают ситуации, когда единый дизайн в городском пространстве — это здорово. Но не всегда он выглядит интересно. По моему мнению, разнообразие гораздо привлекательней. И старое историческое здание рядом с новым и современным может существовать вполне органично. Все дело опять же во внимательном отношении, и в первую очередь во внимании к масштабу. Очень странно будет смотреться 50-этажный дом рядом со старенькой двухэтажной церквушкой, и совсем иначе — современное стеклянное трехэтажное здание рядом с каменной церковью. Такие контрасты подчеркивают течение самой жизни, смену эпох и стилей. Сегодня есть немало хороших архитекторов, которые могут прекрасно вписать свои новые строения в контекст старых кварталов. То есть мы опять пришли к тому, что необходимы мудрые и чуткие дизайнеры, чувствующие и понимающие, что и как делать, чтобы в выигрыше были и история, и современность.
Авторы: Ольга Лазуренко